Примерное время чтения: 7 минут
105

Дьявол кроется в деталях. Как Центр «Мой бизнес» Коми осваивает деньги

Самой обсуждаемой темой на прошедшем заседании Госсовета стал отчёт Контрольно-счётной палаты Республики Коми о результатах проверки АНО «Центр развития предпринимательства». Надзорное ведомство проверило работу центра за три года и выявило ряд нарушений. Директор Центра развития предпринимательства «Мой бизнес» Коми Сергей Жеребцов прокомментировал «АиФ Коми» нарушения, которые выявили в учреждении.

Беспокойная жизнь

- Основное замечание КСП – это неиспользованные бюджетные средства, которые в конце года оседали на счетах АНО, что противоречит принципу эффективности.

- В данной ситуации «дьявол кроется в деталях». Важно понимать, что мы некоммерческая организация, и остатки на счетах — это не хорошо и не плохо. К примеру, Центр «Мой бизнес» Коми создали в середине 2019 г., при этом бюджет центра был рассчитан на весь год. Пока его открыли, набрали людей, в результате расходование средств началось только осенью. На момент моего прихода в Центр, в середине октября 2019 г., исполнение показателей под руководством прошлого руководителя было на уровне 15%. Мы понимали, что до конца года, всего за пару месяцев, нам необходимо достичь уровня 100%, и ценой титанических усилий смогли выполнить эту задачу. И это несмотря на то, что порядка 50% субсидий 2019 г. остались неиспользованными.

Уже в следующем, 2020 г. мы планировали, что будем спокойно планомерно работать, но субсидия поступила только в мае. Получается, что половину года мы работали на «остатках» 2019 г. Но когда пришли деньги, начался ковид – в результате все мероприятия пришлось сдвинуть. В итоге, к концу 2020 г. у нас снова остались неизрасходованные средства.

В прошлом 2021 г. федеральные деньги пришли только в апреле вместе с новой волной коронавируса, и мы снова были вынуждены сдвигать мероприятия. В нынешнем году всё повторилось: опять остатки по чуть-чуть с прошлых лет, но уже санкционные изменения: – разрушение логистических цепочек, проблемы с импортом и экспортом. Как следствие – мероприятия опять сдвигаются, меры поддержки меняются. Но даже если отбросить все обстоятельства, с которыми мы живём последние несколько лет, сам по себе тезис «если деньги не расходуются, значит – центр неэффективно работает» абсолютно бессмыслен и некомпетентен. Получается, что мы должны либо, действительно, работать по потребностям бизнеса, либо по-чиновничьи осваивать деньги. Если бы мы делали упор на трату денег, то не факт, что сильно выросла бы эффективность.

Во всём виноваты федералы

- КСП указывает, что охват предпринимателей мерами поддержки со стороны центра совсем не большой - 3,7%. При этом поддержка оказывается бизнесу, в основном, в больших городах, а не там, где она чаще всего необходима.

- Каждый год через нас проходит достаточно много организаций. В 2019 г. – 1202 компании, в 2020 г. – 1297, а в 2021 г. – 944. Вы спросите, почему так изменилось количество обращений в прошлом году? Все дело в том, что федералы изменили методику расчёта. Предприниматели, получающие только консультации, больше в статистику не попадают, а это порядка 350 организаций. Теперь считаются лишь те, кто получил не менее двух услуг, поэтому показатель и снизился до 3,7%.

Говоря о цифрах, если мы возьмём, к примеру, Чукотку, то там охват составляет около 8%, поскольку предпринимателей там мало. При этом в Краснодарском крае и Московской области охват и вовсе 3%, а в среднем по РФ эта цифра колеблется в районе 4-5%.

Если же говорить о территориальной принадлежности предпринимателей, которых мы обслуживаем, то доля бизнесменов из Сыктывкара и Ухты составляет 52%. По нашей статистике, например, за 2019 г. 41% от всех получателей – предприниматели из Сыктывкара и 13% – из Ухты. В 2020 г. 50% были из Сыктывкара, и 8% – из Ухты. Если сопоставить общее количество предпринимателей из этих городов и количество получивших поддержку Центра, то получается примерно одна и та же цифра.

- После публикации отчёта республиканский минэк заявил о введении в органы управления АНО своих представителей. Разве раньше их не было?

- Раньше у нас был один курирующий заместитель министра, который входил в состав наблюдательного совета. Потом назначили другого, а прежнего из совета вывели. В итоге между этими назначениями, с февраля по март 2022 г., появился временной лаг – период, когда в наблюдательном совете не было представителя министерства. Но министерство – наш учредитель и управляет Центром напрямую в соответствии с уставом, поэтому контроль за нами никогда не ослаблялся.

Небывалый рост

- Палата указывает на то, что ваша зарплата, как руководителя Центра, с 2019 по 2021-год выросла в несколько раз. И в пять раз превысила зарплату рядового сотрудника. Объясните, как это возможно?

- Моя зарплата установлена учредителем, то есть министерством. Рост зарплаты, безусловно, произошёл, но не сам по себе – решение подписал учредитель. Выросла зарплата и у всех остальных сотрудников, и это было уже моё решение – мне подняли зарплату, и я, в свою очередь, повысил оплату труда подчинённым. Все решения есть, и они законны. Поэтому говорить о том, что я сам по себе поднял зарплату в пять раз, как минимум, смешно.

Кроме того, в 2021 г. Центру и мне, как директору организации, добавилось полномочий, поскольку мы стали управляющей компанией Арктической зоны, стали сопровождать инвестиционные проекты республики и контролировать закупки крупных заказчиков в системе госзакупок. И это всё помимо поддержки предпринимателей, по национальному проекту.

- Председатель бюджетного комитета во время обсуждения отчёта КСП остался недоволен тем, что вы даже не видели отчёт?

- КСП по итогам проверки направляет три отчёта: главе Коми, в Госсовет и председателю правительства – меня в этой рассылке нет. И когда руководитель КСП зачитал отчёт на заседании Госсовета, а меня попросили прокомментировать, я ответил, что не готов, поскольку не видел самого отчёта.

Бизнес любит тишину?

- В КСП считают, что для повышения эффективности работы необходимо не только полностью расходовать средства, но и по-новому расставить приоритеты. В первую очередь, оказывать меры прямой поддержки, а не делать упор на обучающие программы.

- Прямая поддержки – история более понятная окружающим. Есть компания, которая получила деньги и их потратила. А вот обучающие мероприятия рассчитаны на круг лиц, и, по мнению некоторых – это пустая трата денег. Да, прямая мера поддержки более целенаправленная и приводит к конкретному результату – расширению рынка, увеличению объёмов продукции, поиску новых партнёров. А к чему приводит обучение? Начнём с того, что мы, например, обучаем всех, кто приходит из Минтруда по социальному контракту и из ЦЗН. Мы готовим многочасовые программы, обучаем, например, основам предпринимательской деятельности тех, кто в дальнейшем откроет свой бизнес. Кроме того, мы не можем отказаться от обучения и потому, что Москва требует проводить образовательные мероприятия. Но на обучении мы не зацикливаемся.

Также хочу отметить, что прямые меры поддержки оказываются в тишине – пришла компания, получила поддержку и ушла, и об этом никто не знает. Через нас проходят тысячи компаний – мы не можем писать о каждой из них. А обучающие мероприятия проходят публично, на них приглашают людей через открытые каналы, например, посты в соцсетях. Мы таргетируем информацию, продвигаем, рекламируем, таким образом, обучающие мероприятия у всех на слуху. Возможно, поэтому складывается впечатление, что прямых мер поддержки нет.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах